Анна Сеничева
Когда речная запоёт вода о резеде, дороге и рябине, моя строка замрёт на середине, на том, как луч скользит сливово-синий и ластится к оранжевым стогам...
Я продиктую адрес по слогам, но здесь таксисты ни черта по-русски, фонарь на станции мне улыбнётся тусклым и поспешит за мною по следам.
Мы где-то там...
Мы в тамбурах и танцах, нас двери просят к ним не прислоняться, а мы вальсируем и ждём проводника. И всё бы ничего, но этот август такой холодный и такой безликий. Белели гроздья поздней ежевики и маялась немая пустельга.
Бетонные платформы-берега,
замрите, я считаю — рельсы, рельсы.
Шипит динамик изнутри: «Развейся, дорога лечит от любых депрессий»...
Потише, я считаю — шпалы, шпалы.
Я так бессмысленно замёрзла и устала, и по губам читает проводница:
«Пожалуйста, позвольте прислониться».
Комментариев нет:
Отправить комментарий